Почему взаимное доверие и уважение – это то, что нам нужно?

Этот пост был опубликован в the Huffington Post 13 марта 2017 года.

Потребность в культуре взаимного доверия и уважения, культуре сотрудничества и взаимодействия становится все более очевидной.

Здесь я имею в виду использование синергии, в условиях которой два плюс три равно не пяти, а шести. Во время взаимодействия различных субъектов, отличающихся друг от друга (как два и три),  путем перекрестного опыления создается нечто новое. Это ценность, которая может возникнуть только благодаря взаимодействию разных точек зрения либо ноу-хау. Обязательным условием для существования интерактивного взаимодействия является взаимное уважение.

Такое взаимодействие должно основываться на общих интересах. Если стороны не разделяют интересов, не разделяют ценностей, которые создают, для чего им тогда конструктивное взаимодействие? Вероятно, оно лишь символическое. Но, как бы там ни было, есть одна проблема: со временем условия меняются, и общность интересов может оказаться под угрозой. Чтобы компания смогла это пережить, требуется взаимное доверие.

Концепт взаимного доверия и уважения может показаться противоречивым в своей сущности. Для взаимного уважения требуется несогласие, побочный продукт разнообразия. Для взаимного доверия, с другой стороны, мы должны пребывать в согласии. Как найти решение в этой безвыходной ситуации?

По каким вопросам мы должны прийти к согласию?

Мы должны иметь общие интересы.

В каких вопросах мы можем остаться при собственном мнении?

Мы можем полагаться на свое видение касательно того, что делать и как создавать ценности для общей пользы.

Позвольте мне повториться: мы должны приходить к согласию в тех вопросах, о которых мы обычно спорим (наших общих интересах) и можем не соглашаться по поводу того, в чем мы склонны соглашаться, чтобы избежать страданий, связанных со спором (не соглашаться по поводу того, что и как делать).

Взаимное доверие и уважение – это основа настоящей социо-демократической системы. Она Демократична, а значит, мы учимся друг у друга благодаря тому, что наши точки зрения отличаются. Социо – потому, что существует социальная сознательность, состоящая в том, что мы делимся полученными ценностями со всеми, а не только с определенной частью общества за счет других частей общества.

Итак, каким образом мы должны расти как общество, как компания и как семья? Путем совместного роста. Извлекая выгоду из наших различий для общей пользы. Именно этим и занимается методология Адизеса. Поэтому она и называется Симбергетической™ системой. Первая часть взята из слова «симбиоз» и обозначает общие интересы, вторая часть взята из слова «синергетический», означающего рост.

Как воплотить эту программу в жизнь? Одних хороших намерений будет мало. Существует проверенная и хорошо задокументированная программа. (Я опубликовал более двадцати книг на эту тему и есть более тысячи страниц в учебниках, которые описывают, как это сделать). На внедрение программы уходит от одного до трех лет. Полученные результаты беспрецедентны. Программа обеспечивает необыкновенно устойчивый рост.

Если вы работаете с правильными людьми, которые: 1) приветствуют разногласия, потому что извлекают из них уроки; люди, которые обладают контролируемым эго; 2) организованно сотрудничают друг с другом и принимают решения вместе 3) работают в рамках правильной организационной структуры, которая поощряет разнообразие и оригинальность 4) имеют общие взгляды и ценности, то вы сможете создать и способствовать развитию культуры взаимного доверия и уважения.

Это доказано на примере тысяч компаний в более чем пятидесяти двух странах, начиная от стартапов и заканчивая самыми крупными организациями в мире. Программа минимизирует дезинтеграцию и максимизирует количество свободной энергии, которая больше не тратится на внутренние деструктивные конфликты, а используется как конкурентное преимущество для внешнего рынка. Это распространяется на любую систему, будь то страна, семья или отдельная личность.

Просто делюсь своими мыслями,

Ицхак Калдерон Адизес


О счастье

Этот пост был опубликован в the Huffington Post 7 марта 2017 года.

Стремление к счастью – это право, данное нам Конституцией Соединенных Штатов. Существует ли здоровый человек, который бы не хотел быть счастливым? Стоит быть осторожными, потому что не все пути к счастью правильны. Есть доказательства того, что поиск удовольствий в качестве пути к счастью может направить вашу жизнь в неправильное русло.

На написание этого поста меня вдохновили исследования из новой книги  Эмили  Эсфахани Смит под названием «The Power of Meaning: Crafting a Life That Matters», которая была опубликована издательством Crown Publishing в январе 2017 года.

Когда мы живем удовольствиями и их поиском, наше счастье недолговечно. Со временем отсутствие более глубокого смысла жизни может сделать нас несчастными. Как, к примеру, сахар: он сладок и приятен на вкус, но в долгосрочной перспективе негативно сказывается на состоянии здоровья.

Наркотики, секс без любви, дорогая еда – все это приносит временное удовлетворение и может сделать вас счастливыми ненадолго. Со временем такое счастье сменится ощущением пустоты.

Почему?

Люди, которые стремятся к счастью, – это люди, которые привыкли брать. Они стараются брать от жизни как можно больше любыми возможными способами и делать это как можно быстрее. Когда люди, привыкшие к немедленному вознаграждению, не получают желанного удовольствия, они чувствуют себя как дети, которых отняли от материнской груди. Они рыдают либо сдерживают слезы и переживают все внутри, в зависимости от возраста.

Итак, что же делает людей счастливыми в долгосрочной перспективе?

По словам автора, осмысленная жизнь.

Люди, живущие осмысленной жизнью, дают, а не берут. Временами они могут быть несчастны. Постоянно отдавать и жертвовать собой очень тяжело, но в долгосрочной перспективе это приносит удовлетворение. Возьмите, например, детей. Воспитание непослушного подростка вряд ли может сделать кого-то счастливым, но со временем наступают моменты абсолютного счастья. К примеру, когда у вас появляются внуки. Наверное, вы слышали эту шутку: внуки – это награда, которую вы получаете за то, что не убили своих детей.

Значит, поиски счастья через сиюминутные вознаграждения приносят немедленное удовлетворение, но в дальнейшем могут сделать вас несчастными.

Временами осмысленная жизнь может быть тяжелой и требовать жертв, но в долгосрочной перспективе она может принести вам много радости.

Такой взгляд на счастье помог мне понять, почему активные и продуктивно работающие люди часто умирают после того, как идут на пенсию. Они чувствуют себя бесполезными. В то время как люди, продолжающие вносить свой вклад в общественное дело, чувствуют себя нужными и их жизнь не лишена смысла. Вы когда-нибудь замечали, как пенсионеры вызываются добровольцами, чтобы работать на рецепции в больнице или чтобы показывать людям дорогу к правильному лифту? По всей видимости, существует потребность быть нужным.

Чем дольше вы чувствуете себя нужными, тем дольше вы живете.

Люди, имеющие цель, которая не ограничивается сиюминутным счастьем, ведут себя как одержимые. Так и есть, они одержимы своей целью. Их даже не раздражают те мелочи, которые приводят в бешенство людей, жаждущих немедленного вознаграждения.

Их жизнь обладает более глубоким смыслом, у них есть чувство цели. Их глаза сосредоточены на горизонте, а не на камнях под ногами.

Чтобы жить осмысленной жизнью, не стоит спрашивать себя: «Почему я существую?». Вы не найдете ответа на этот вопрос. Нужно спрашивать себя: «Для чего я существую?». У вас должна быть цель. Чему вы посвятите свою жизнь?

Будьте человеком, который дает. Будьте родителем, работником, сыном либо дочерью, которые дают, а не берут. Отдавайте частичку себя искусству и всему, что вас вдохновляет. Наполняйте свою жизнь целями, которые выходят за рамки ваших личных потребностей.

Будьте благодарны за то, что жизнь дает вам возможность приносить счастье другим. Вы можете найти свое счастье в счастье окружающих.

Просто мои мысли,

Ицхак Калдерон Адизес


Интервью с доктором Адизесом для казахстанского журнала National Business

Этот пост был опубликован в the Huffington Post 27 февраля 2017 года.           

Согласно Вашей теории, у каждой компании есть «жизненный цикл» – ее путь от рождения до смерти. На каждом новом этапе развития организации сталкиваются с особенным набором испытаний и трудностей, а успех компании зависит от способности руководства управлять переходом от одной стадии к другой. С какими трудностями сталкиваются компании в Казахстане?

Я считаю, что в Казахстане компании находятся в двух точках жизненного цикла. Они могут быть на стадии «Давай-давай» и подчиняться владельцу в роли менеджера. Обычно это маленькие частные компании. У них возникают трудности с улучшением навыков профессионального управления. Другое место в жизненном цикле занимают большие компании, как Самрук-Казына, которыми управляет государство. Они сталкиваются с проблемами иного характера. С одной стороны они все еще пытаются поддерживать управление на профессиональном уровне, но с другой – они очень бюрократичны. А значит, чтобы изменить культуру как первого, так и второго типа компаний, необходимо очень сильно постараться. К тому же, это происходит не только в Казахстане. С подобной проблемой сталкиваются все развивающиеся страны…Мы стоим перед выбором: либо бюрократия, либо маленькие компании.

Не так давно у Вас состоялась встреча с Нурсултаном Назарбаевым, на которой Вы поделились своими взглядами по поводу ключевых аспектов взаимодействия правительства и бизнеса. Вы упомянули о важности дальнейшего внедрения трансформационной программы «Фонда национального благосостояния «Самрук-Казына». Вы могли бы назвать главные направления преобразований, которые Вы посоветовали национальным компаниям?

Самрук-Казына будет приватизирован. Мне кажется, что это попытка дебюрократизировать государственные компании путем измены их ориентации на получение прибыли. Возможно, если компании перейдут в частную собственность, они станут более коммерческими и менее бюрократичными. На мой взгляд, ориентация на ПРИБЫЛЬ может стать причиной возникновения серьезного побочного эффекта (сопутствующего ущерба), потому что она может превратиться в РУКОВОДЯЩУЮ ЦЕЛЬ. В особенности, если компанией владеют иностранные инвесторы. Потому что, в большинстве случаев, они ориентируются исключительно на получение прибыли и увольняют много людей. Социальная ответственность предоставлять рабочие места и проводить переподготовку работников не является их целью. Это приводит к возникновению политических рисков и социальным беспорядкам.

Существуют и другие способы дебюрократизации. Компания может быть чрезвычайно эффективной, несмотря на то, что она принадлежит государству. Я думаю, что это зависит от руководства. Я посоветовал Нурсултану Назарбаеву дебюрократизировать компании не отдавая их в частную собственность, потому что цели нового владельца будут отличаться от целей государства. Стране необходимо поддерживать занятость, а новый хозяин может начать увольнять людей.

Сколько времени занимает дебюрократизация корпораций в таких странах, как Казахстан?

Это зависит от президента, от СЕО. Если они по-настоящему ПРИВЕРЖЕНЫ СВОЕМУ ДЕЛУ, процедура займет год или два. Обычно на это уходит три года, но если очень сильно постараться, можно вложиться в один-два года.

Изменения должны происходить в умах людей или в корпоративной культуре?

Необходимо менять среду, а она, в свою очередь, будет влиять на людей. Я не верю в то, что мы можем изменить людей, но мы можем изменить окружающую среду. Мы можем изменить организационную структуру, систему вознаграждений, цели и результаты деятельности. Если сделать все это, организация будет дебюрократизирована. Не нужно пытаться изменить людей, нужно менять окружение и люди станут более открытыми.

В одном из интервью Вы сказали, что скептически относитесь к бизнес-школам и MBA, потому что они пытаются воспитать идеальных лидеров, что, по сути,  невозможно. Вы говорили, что каждый менеджер может отлично справиться с двумя ролями из четырех, но в двух остальных он будет неэффективен. Как повысить эффективность в более слабых ролях?

Необходимо понимать, что вы не можете избавиться от своих слабостей. Все попытки изменить человека тщетны. Изменить людей невозможно. Когда вы знаете, что у вас есть слабости, их нужно признать и делать так, чтобы члены вашей команды ВЗАИМОДОПОЛНЯЛИ друг друга. Найдите кого-то, кто силен в том, с чем вам не удается справиться. Вместе у вас получится лучше. Бизнес-школы основывались на базе школ экономики, в которых все теории базируются на предположениях. Все бизнес-школы учат менеджеров быть идеальными руководителями. Они не обучают тому, как сделать команду сплоченной и быть ее частью, они обучают тому, как думать и как быть независимым. Они фокусируются на обучении отдельных лиц, а отдельные лица не способны быть хорошими руководителями.

Как бороться с кумовством?

Я уже говорил об этом Нурсултану Назарбаеву. Исторически Казахстан представляет собой кочевое общество, в котором люди выживали, помогая друг другу. То, что вы называете кумовством, – это результат культуры взаимопомощи. Что вы делаете сейчас, в условиях отсутствия профессионального управления и систем бюджетного контроля? Вы полагаетесь на людей, которым доверяете. Кому вы доверяете? Вы доверяете своей семье. Таким образом, кумовство – это культурное явление, возникшее в результате ОТСУТСТВИЯ сложной системы управления в Казахстане. Давайте предположим, что мы запретили кумовство на законодательном уровне. Это заморозит и парализует страну. Итак, в свете ваших традиций и сложности управленческой системы, кумовство – это необходимое зло. Чтобы от него избавится, его не следует запрещать на уровне закона, это слишком опасно. Вместо этого, мы должны сфокусироваться на управленческой подготовке и на повышении профессионального уровня руководителей. В таком случае потребность доверять работу своему брату или сестре отпадает, вы можете нанять кого-нибудь и проследить, чтобы они сделали все правильно. Значит, мы должны заменить доверие профессиональным менеджментом. Пока вы берете на работу квалифицированных и надежных людей, все будет в порядке. Опасность кумовства заключается в том, что мы нанимаем некомпетентных людей и доверяем им. Получается, что мы берем на работу людей, которым доверяем, но они не могут с ней справиться. Проблема не в кумовстве. Проблема в том, что работники нанимаются по принципу кумовства, а не по профессиональным способностям. Если я возьму на работу компетентного человека, которому я доверяю, и который является членом моей семьи, проблемы возникать не должны.

Как мотивировать людей к повышению квалификации?

Проблема кумовства заключается в том, что вы нанимаете людей не потому, что они компетентны, а потому что они – семья. Вы не можете их уволить, и это очень плохо отражается на работе компании. Итак, проблема в том, как сделать таких людей компетентными. Я думаю, что лучше всего предложить им обучение. Казахи умны, рассудительны и талантливы. Наша задача – обеспечить обучение всем желающим.

Вот что Вы сказали о второй и третьей стадии программы Адизеса на Форуме трансформации «Самрук-Казына» в октябре 2014 года: «Необходимо обеспечить возможность делиться своими взглядами и делать свой вклад в общее дело всему персоналу. Но на этой стадии нам нужно сконцентрироваться на дисциплине, потому что мы имеем дело с людьми, которые на протяжении длительного времени не имели возможности высказаться и когда она появится, они смогут говорить все, что захотят». Как сделать этот шаг эффективным, учитывая нехватку квалифицированных кадров? Как происходит трансформация в данный момент? Что Вы планируете делать на следующем этапе?

Казахстан, как и другие страны СНГ, страдает от последствий авторитарного режима Советского Союза. Люди не привыкли участвовать и делиться своими мыслями. Люди не делятся своими знаниями и поэтому работают не так разумно, как могли бы. Итак, они не используют свой интеллектуальный потенциал. Компании не поощряют людей выражать свои мнения для достижения лучших результатов. С такой же проблемой сталкиваются в Украине, России и Белоруссии.

Вы встречались с нашим правительством и высшим руководством; как вы думаете, будут ли они следовать вашим советам?

Я не знаю. (Смеется)

Готовы ли они к таким изменениям?

Я надеюсь. Люди в Казахстане очень открыты и это прибавляло мне энтузиазма. К сожалению, я заболел, в противном случае я бы переехал сюда, чтобы помочь стране. Я люблю Казахстан, мне нравятся здешние люди. Я хотел бы переехать сюда на два года. Люди жаждут изменений, они хотят двигаться вперед. Я хотел бы стать частью этого процесса. Я нашел все условия для успеха, необходимо только начать действовать. Очень жаль, что я заболел, но, возможно, я все еще смогу поучаствовать в процессе изменений в будущем.


Когда стоит доверять людям

Этот пост был опубликован в the Huffington Post 20 февраля 2017 года.

Как узнать, доверять кому-то или нет? Обычно, чтобы проверить человека, мы даем ему какое-нибудь задание или одалживаем ему денег и ждем, чтобы посмотреть, что из этого выйдет. Этот метод может сработать, но он может оказаться слишком дорогостоящим.

Существуют ли другие способы? Некоторые считают, что людям, которых очень давно знаешь, можно доверять, если предыдущий опыт общения с ними показал, что они надежные. Хотя, даже такие люди могут подвести. У меня есть знакомые, с которыми я общаюсь вот уже пятнадцать лет, и они заслуживали доверия в прошлом. Однако сейчас я бы не одолжил им и доллара. Что изменилось?

Надежность нельзя определить по тому, как человек поддерживает разговор или по впечатлению, которое он создает. Эти факторы могут вводить в заблуждение. Некоторые мошенники могут казаться самыми надежными людьми на свете. Уличная мудрость Голливуда гласит: если кто-то говорит тебе «доверься мне», нужно быть предельно осторожным, – его рука уже у вас в кармане.

Как узнать о том, надежен ли определенный человек сразу, без каких-либо дополнительных тестов?

Итак, что такое доверие?

Я считаю, что можно доверять людям, которые разделяют ваши интересы. Другими словами, людям, с которыми вы имеете общие интересы. Как только общие интересы исчезают, независимо от того как долго вы знаете человека или насколько надежным он был в прошлом, вы должны перестать ему доверять. Будьте осторожны. Прошлое – не настоящее. В прошлом у вас были общие интересы, но сейчас их нет.

Это работает и наоборот. Возможно, в прошлом у вас возникали конфликты интересов, и вы поворачивались друг к другу спиной. Но сейчас все изменилось, и у вас появились общие интересы. Теперь вы можете довериться друг другу.

Доверие существует там, где есть общие интересы. Оно может существовать и без них, если люди развиты духовно и склонны к альтруизму, но это не свойственно бизнес-среде. И даже в подобных ситуациях я советую задуматься о том, что мотивирует человека поступать именно таким образом. Нет дыма без огня, поэтому ищите огонь. Что движет человеком и соответствует ли это вашим интересам?

 

Просто мои мысли,
Ицхак Калдерон Адизес

 


Всегда ли стоит выбирать лучшее?

Мы хотим, чтобы нам предоставляли наилучший сервис, в особенности, если речь идет о медицине или образовании, и это совершенно естественно. Именно поэтому мы пытаемся найти наилучшую больницу или университет.

Я осознал, насколько это неправильно на собственном опыте.

Много лет назад, когда я консультировал правительство Ганы по вопросам здравоохранения, я узнал, что там существует три типа клиник: те, которые занимаются исследованиями, обучением и предоставлением услуг.

Обычно больницы объединяют в себе все три типа, отличаясь только целями, на которых они главным образом специализируются: исследования, обучение или услуги.

Репутация больниц и университетов напрямую зависит от исследований, которыми они занимаются, и очень редко от уровня предоставляемых услуг.

Значит, если вы идете в «лучшую» больницу, которая известна своими исследованиями, качество услуг отходит на второй план. Если вы не страдаете каким-нибудь редкостным заболеванием, исследованием которого они занимаются, поход в «лучшую» клинику может привести к тому, что вам предоставят услуги сомнительного качества, т.е. лечение может быть невозможным. У них попросту не будет времени, чтобы вами заниматься.

То же касается и образования. Все мы мечтаем о том, чтобы наши дети учились в «лучших» университетах. Я не был исключением. Я отправил одного из своих детей в Беркли. Какое имя!!! Какая репутация!!! Мой друг, получивший степень PhD в этом университете, предупреждал меня, что «это отличное место для получения докторской степени, но не для степени бакалавра». Ресурсы этого университета сосредоточены на исследовательской деятельности, которая и принесла ему известность. Студенты их не интересуют, они не приносят им никакой славы. И он был прав. Чаще всего моего сына обучали помощники преподавателей в огромных переполненных аудиториях.

После этого я отправил двоих детей в местный общественный колледж. Обучение там, как оказалось, было на высоком уровне, и каждому студенту уделялось внимание.

Оптимальное решение – это начать обучение в небольшом университете, который заботится о свих студентах, а для получения степени магистра или доктора поступать в известный, «лучший» университет.

То же самое и с медицинской помощью. Для лечения распространенного заболевания, прежде всего, следует обращаться в обычную местную больницу. Если это не поможет, обращайтесь в клиническую больницу, где врачи постоянно сталкиваются с новыми процедурами и лекарствами. Если вам и там не смогут помочь, настало время обратиться в самую авторитетную, лучшую больницу.

Если бы у вас возникли проблемы с автомобилем, куда бы вы пошли в первую очередь? В университет, где занимаются исследованиями в области машиностроения или к автомеханику возле вашего дома?

Ответ очевиден.

Как жаль, что я не знал об этом раньше.

 

 

Просто мои мысли,
Ицхак Калдерон Адизес


Ко Дню святого Валентина

Каждый год 14 февраля по традиции (развитию которой посодействовали коммерческие учреждения) мы говорим окружающим о том, как мы их любим.

Мне кажется, что эта традиция возникла по коммерческим причинам, чтобы стимулировать людей покупать больше, но она обладает прекрасным побочным эффектом: люди признаются друг другу в любви. В мире полном стресса, где мы в спешке переключаемся с одной задачи на другую, очень хорошо остановиться на несколько минут, перевести дыхание и сказать кому-то: «Я тебя люблю».

Я долгое время думал о том, как можно проявить свою любовь по-настоящему, вместо того, чтобы дарить букеты цветов либо дорогое кольцо с бриллиантом. Достаточно ли этого?

По-моему, любовь должна основываться на опыте. О ней не стоит говорить, ее нужно показывать на деле. Такую любовь можно отнести к стилю (Р). Заботиться о своей девушке, защищать ее, давать ей то, что ей необходимо и то, что она хочет – это очень по-мужски. Счастливая жена, счастливая жизнь.

Но есть и женский способ любить. Он более утонченный. На первый взгляд, нам может показаться, что в этой любви нет ничего особенного, но в этом и есть вся суть. Такая любовь проявляется тем, что мы даем любимому человеку самое дорогое, что у нас есть – наше время.

Чтобы проявить любовь женским путем, возьмите выходной на День святого Валентина и проведите его с любимым человеком. Никаких телефонов, никаких встреч, ничего кроме времени, которое вы проводите вместе. Отправьтесь в поход, пойдите в парк, ботанический сад, музей. Посетите несколько галерей. Пойдите в самый лучший ресторан в городе. Только вы вдвоем, больше никого.

Что это дает человеку, который предпочитает проявлять свою любовь в стиле (Р)? Это приносит радость его партнеру. Это и есть любовь: чувствовать вознаграждение, делая других счастливыми.

Жизнь – это постоянный компромисс. Любовь – это когда вы получаете отдавая. Мы получаем свое вознаграждение, когда что-то отдаем, и оно находит нас незамедлительно.

Подумайте о своих детях: когда вы дарите им что-нибудь, и они счастливы, что в этот момент чувствуете вы? Когда вы видите, как они смеются, прыгают от счастья и хлопают в ладоши, ваше сердце наполняется счастьем.

Любить – значит совершать милые поступки. Так что же нужно сделать? Подарите человеку все свое внимание. Дайте то, что так быстро исчезает и так высоко ценится – время.

Когда я писал этот блог, я именно это и сделал: я отдал вам частичку своего времени.

С любовью,
Ицхак


Перестаньте стараться быть, просто будьте

Этот пост был опубликован в the Huffington Post 2 февраля 2017 года.

Вы когда-нибудь видели, как человек, не имеющий никакого понятия о балете, пытается его танцевать или, может быть, слышали, как человек без музыкального образования пытается петь оперу? Это может только рассмешить, не так ли?

Приходилось ли вам когда-нибудь поддерживать неловкую беседу с человеком, который через силу пытался быть милым? По его выражению лица заметно, как настойчиво он пытается быть вежливым, но вы знаете, что он неискренен. Кажется, что он одел маску и прячет под ней свое настоящее лицо.

Подобные неловкие ощущения можно испытывать, когда ваш собеседник пытается вас впечатлить своей важностью. Вы сомневаетесь в его искренности, он как будто пытается заставить вас поверить в то, чего вообще не существует. Стоит ли называть это склонностью к преувеличению или обманом?

Эти примеры пришли мне в голову, когда я заметил, что один человек пытается вести себя со мной слишком хорошо. Такое поведение только сделало меня более напряженным: был ли у него какой-то тайный план? Откуда взялась эта «любовь» и что я сделал, чтобы ее заслужить?

Что же происходит?

Вы «пытаетесь быть», когда прилагаете усилия для чего-то, что у вас не получается сделать непринужденным образом. Это просто не вы.

Пожалуйста, перестаньте притворяться. Если вы сердитесь, сердитесь. Не пытайтесь делать вид, что вы сердитесь. Если у вас депрессия, позвольте себе побыть в депрессии. Не пытайтесь выглядеть подавленным, чтобы привлечь к себе внимание. Просто будьте теми, кем вы есть.

Искренние люди не способны меня обидеть. Они такие, какие есть и я считаю, что находиться среди людей, которые есть, а не пытаются быть, полезно.

Вы знаете, на что рассчитывать в общении с таким человеком. Вы получаете то, что видите. Вам не приходится загружать себя множеством мыслей, когда вы общаетесь с искренними людьми. Самое тяжелое в общении с кем-то, кто кажется неискренним, заключается в том, что одна часть разума слушает, что он говорит, а другая – пытается оценить информацию критически, потому что не доверяете тому, что слышите или видите. Делать это на протяжении длительного времени очень утомительно.

Я подозреваю, что Дональд Трамп победил на выборах, потому что не пытался быть хорошим. Он был искренним в своей непристойности и агрессивности. Те люди, которые за него голосовали, как мне кажется, доверились его индивидуальности, хотя факты, которые он брал за основу, были далекими от действительности. Клинтон, в свою очередь, очень хорошо разбиралась в информации, которую использовала, но чересчур сильно пыталась быть милой. Люди ей совершенно не доверяли.

Искренность далеко не всегда дается легко. В некоторых ситуациях легче прикрывать лица и души масками, притворяясь кем-то другим.

Быть искренним – значит быть бесстрашным, быть уверенным в себе достаточно сильно, чтобы противостоять критике. Это нелегко.

Просто мои мысли,
Ицхак Калдерон Адизес


Подавление свободы слова

Я жил при коммунистическом режиме и помню, как люди боялись высказаться. Я был очарован Америкой, потому что там можно было свободно говорить, свободно жить и давать жить другим. Мне кажется, что сейчас эта свобода находится под угрозой.

Свобода, о которой идет речь, не подавляется государственной властью, ее подавляет более влиятельный фактор – социальное давление в пользу политической корректности.

Существует социальное давление, которое заставляет быть политически корректным. Если вы не «политкорректны», если вы не поддерживаете консенсус, который доминирует в обществе, вас обзывают, и вы становитесь изгоем. Вполне возможно, что вас даже не захотят брать на работу.

Мой друг, который занимает руководящую должность на юридическом факультете ведущего университета и хочет сменить место работы, не может найти другого достойного университета, где бы ему предложили должность. Это не имеет никакого отношения к его академическим достижениям, хотя они внушительны – он занимает должность профессора. Связано это с тем, что он придерживается правых взглядов, а юридический факультет, на который он хотел бы перевестись – левых.

Сегодня тон задает не только политкорректность. Делая выбор, СМИ также могут ориентироваться на получение прибыли. Обратите внимание на то, как СМИ открыто поддерживают сторону определенных политических сил и выбирают материал для публикаций или трансляций, основываясь не на журналистской этике, а на доходах от рекламы.

Социальное давление и экономические соображения рынка не менее удушающие, чем военная власть полицейского государства. Возможно, даже более удушающие. Для меня, например, лучше попасть в тюрьму за свои убеждения или жить в нищете, чем быть подвергнутым изгнанию, неприятию и критике.

Я побаиваюсь писать о том, что думаю, несмотря на свое смелое обещание быть «бесстрашным и беспристрастным». Я перестал писать о вопросах, касающихся женщин, хотя иногда эта тема не дает мне покоя, я подавляю желание выразить то, что думаю. Мне пришлось это сделать, потому что читатели отписывались от моего блога. То же касается политических тем, будь то вопрос, затрагивающий Украину, Россию, Палестину или религии. Это опасные темы, напоминающие зыбучие пески.

Социальное давление обладает невероятной силой.

Я помню случай, который произошел с профессором Стэнфордского университета, нобелевским лауреатом, который выразил неполиткорректное мнение касательно афроамериканцев. Его осуждали в академических кругах и СМИ. Наверное, его сторонились соседи, а возможно, даже друзья.

Тенденция к отвержению политически некорректных речей в университетах растет. И запрещает их не закон, а тот факт, что аудитория может осудить выступающего. Аудитория имеет право говорить и, тем самым, она отнимает это право у других. Спикерам, которые поддерживали израильскую позицию, не удавалось читать лекции в университетах. Слушатели не давали им говорить…

Что случилось с американским девизом: «Живи и давай жить другим»?

Социальное давление, направленное на политическую корректность, рыночное давление быть экономически выгодным и система образования, которая поощряет «научное доказательство», как единственный законный способ самовыражения, возможность думать без кляпа во рту. Все это – препятствия на пути свободы слова.

Просто мои мысли,
Ицхак Калдерон Адизес

 

 


Демократия во времена изменений

Страна – это система.

Все системы состоят из подсистем, которые меняются с разной скоростью. В сфере технологий подсистемы меняются наиболее стремительно. В бизнесе изменения наступают не так быстро, а в политике – еще медленней. Подсистемы общественных ценностей меняются самыми медленными темпами.

В связи с тем, что каждая подсистема имеет свою динамику изменений, во времена перемен мы можем почувствовать дезинтеграцию, а ускоренные перемены могут стать причиной ускоренной дезинтеграции. Если изменения системные, то дезинтеграция тоже будет системной.

Современные общества проходят через стремительные системные изменения и глобализация – одно из них. Она становится причиной финансовой и экономической взаимозависимости.

Ускоренные системные изменения создают такие сложные системные проблемы как терроризм, иммиграция и эффект домино в случаях финансовых неудач.

Решение системных проблем требует системных мер по исправлению положения.

В демократическом обществе системные меры не будут успешными без слаженной работы законодательной, исполнительной и судебной ветвей власти. Представители этих ветвей либо избраны народом, либо утверждены на свою должность политиками, которых выбрал народ.

Политики сражаются за власть, и по определению в условиях демократии им необязательно сотрудничать. Поэтому, в демократическом обществе системные проблемы не решаются до тех пор, пока они не станут острыми, пока кризис не станет настолько несносным, что все партии окажутся в опасности. Только после этого политики начнут сотрудничать и приступят к решению проблем. К тому времени может быть уже слишком поздно и обычных мер будет недостаточно. Страну может охватить революция, или же может произойти серьезный сбой.

Вот еще один повод для размышлений о том, насколько изменения и демократия связаны между собой. По мере того, как изменения набирают темп, государственный механизм, а значит, расходы и власть, начинает стремительно расти в попытке решить проблемы, вызванные изменениями.

Народу, живущему по демократическим принципам, свойственно выражать свое недовольство по поводу усиления власти правительства и роста налогов, которые необходимы для его финансирования.

Появляются политики, обещающие возглавить процесс изменений, который коснется роли правительства в обществе. Они не способны воплотить это в жизнь, ведь для осуществления серьезных изменений необходимо, чтобы все политические партии сотрудничали  между собой (посмотрите на пример Обамы). Как результат, политики теряют авторитет, что только усложняет решение системных проблем (республиканцы контролируют обе палаты и Трамп может выбрать судью Верховного суда, поэтому у него больше шансов что-либо изменить, но поддержит ли его та часть населения, которая голосовала против него? Следует ожидать беспорядков).

Нам не стоит менять отдельные решения (иммиграционное законодательство, налоги, законы и т.д.). Проблема имеет системный характер, и решение тоже должно быть системным. Нам необходимо изменить систему, а не те решения, которые принимает существующая система.

Я пришел к выводу, что представительная демократия в том виде, в котором она существует на данный момент, может быть неподходящей системой для страны с ускоренными, хроническими изменениями.

Диктатура – это тоже не вариант. В период стремительных изменений нужно принимать решения, а диктаторы слушают исключительно себя, не допуская разнообразия мнений и суждений, что может стать причиной больших проблем и разрушить страну.

Что может послужить решением?

Точно не движение от демократии к диктатуре в горизонтальной плоскости. Изменение должно быть вертикальным. Нам нужно уменьшить влияние правительства и ориентироваться на децентрализацию. Необходимо вовлечь местный уровень, широкие массы. Именно такая демократия нам сейчас нужна. Демократия на всех уровнях. Всеобъемлющая демократия масс на корпоративном, государственном и федеральном уровне, в коммерческих и некоммерческих организациях. Всесторонняя и полная народная демократия (1). То, что мы имеем сейчас – это частичная (существующая исключительно в политическом управлении), представительная демократия, которая больше не способна работать эффективно.
Просто мои мысли,
Ichak Kalderon Adizes

(1) см. А) Ицхак Адизес: «Индустриальная демократия» (Ichak Adizes, Industrial Democracy);
Б) Ицхак Адизес: «Самоуправление: новые измерения демократии» (Ichak Adizes, Self Management: New Dimensions to Democracy)
Издательство: Adizes Institute Publications


Чем опасно принятие решений

Этот пост был опубликован в the Huffington Post 28 ноября 2016 года.

Принимая решения, компании могут столкнуться с множеством факторов, которые только увеличивают риск этого процесса. Если компания молодая и динамичная, а основатель или руководитель полностью ее контролирует, принятие решений не настолько опасно, как позже, когда компания уже большая и менее способна приспосабливаться к изменениям. Если лидер небольшой молодой компании допускает ошибку, он или она может быстро ее исправить. Руководитель знает о том, что происходит в компании, способен определить проблему и благодаря возможности все контролировать, немедленно принять необходимые меры по ее исправлению. О подобном не может быть и речи, если это большая многонациональная компания.

Во-первых, в крупной компании исполнительный директор или CEO может находиться достаточно далеко от источника проблемы. Вы можете даже не подозревать о ее существовании, пока на компанию не подадут в суд клиенты или государство. Именно это и произошло с Кеннетом Лэйем из Enron. Он, на самом деле, не знал, что происходило с корпорацией, даже юристы и аудиторы уверяли его, что все нормально. Даже если CEO знает о беспорядке, причиной которого стало его решение, он не может легко его исправить, потому что его возможности ограничены. Чем больше и старше компания, тем сильнее она связана с политикой. CEO приходится маневрировать между внутренними и внешними структурами власти, чтобы принять меры по исправлению своего изначально ошибочного решения. Реальность такова, что в крайне напряженной атмосфере политизированной организации нет много места для маневров.

Если ваше решение поначалу не приняли существующие структуры власти, и вы преодолели это сопротивление, решение становится частью политической структуры компании. Чем больше они сопротивлялись, тем глубже корни вашего решения на момент преодоления сопротивления. Теперь, если вы попытаетесь изменить свое решение, оно встретит еще больше противодействия, потому что его корни стали еще глубже. Мне кажется, что как раз это и произошло с Wells Fargo. Где-то в системе вознаграждений было принято решение поощрять сотрудников, основываясь на количестве счетов, которые они открыли. Стало очевидным, что работники открывали поддельные счета, и им за это давались премии.

Заработала ли компания на поддельных счетах? Думаю, нет. Разве можно заработать на счетах, которые не финансируются? Открытие и закрытие счетов, в свою очередь, стоит денег, потому что они не финансируются. Я не думаю, что взимаемая плата покрыла бы административные расходы на открытие и закрытие этих счетов, не говоря уже о выплаченных бонусах.  

Тогда почему Wells Fargo не изменили систему вознаграждений? Мне кажется, это было связано с тем, что изменить решение было непросто. Люди полагались на систему бонусов, цели продаж и бюджеты были основаны на предполагаемом количестве открытых счетов, к тому же, скорее всего это было частью ключевых показателей эффективности работы руководителей. Сюда было вовлечено много факторов. Принять решение о внедрении такой программы было легко, но как только решение «пустило свои корни», из него выросло целое дерево, и вырвать его было совсем непросто. Настоящее руководство могло бы принять решение об отмене системы бонусов, но тогда ее бы следовало заменить чем-то другим. В противном случае это бы сказалось на доходах людей, и пришлось бы изменить целую бизнес-модель. Этого можно добиться, но все не так просто, как кажется.

Чем больше и старше компания, тем осторожней следует осуществлять решения. Перед внедрением по всей компании, выбор должен быть очень хорошо продуманным и тестированным в меньших масштабах.

Чем больше твои размеры, тем медленней тебе стоит двигаться. На бумаге многие решения смотрятся хорошо, особенно те, которые были разработаны консультантами без какого-либо опыта в этой сфере. Консультанты не несут ответственности за успех или провал своих рекомендаций.

Я надеюсь, это объясняет, почему меня пугает Дональд Трамп в роли президента США. Он рубит с плеча, меняя свои решения, когда ему это удобно. Я не вижу в нем человека, способного возглавить изменения. Я вижу в нем человека, стоящего во главе хаоса.

Америка – это не очередной проект отеля, здесь не играет роли потенциальная высота или размер. (Но Трампу не везло и с проектами отелей, он оставался банкротом не один раз). Америка – это сложная, огромная, взаимозависимая машина, где поворот одного колеса поворачивает тысячи других. Ее легко сломать и вывести из строя.

Наша ситуация напоминает очень сложно построенную шахту, которую нужно медленно, осторожно и терпеливо демонтировать.

Тщательно все обдумывайте. Не торопитесь и не принимайте много поспешных решений, и вам не придется винить других, в случае возникновения негативных последствий.

Кроме того, стоит открыть коммуникационные каналы, ведущие снизу вверх, чтобы быстро определять ошибки и своевременно принимать меры по их исправлению. Инструментом, разработанным для достижения этой цели, является программа по организационной трансформации Адизеса.

Просто мои мысли,
Ichak Kalderon Adizes