Быть жидом vs. быть евреем

Этот пост был опубликован в the Huffington Post 16 марта 2018 года.

По тем или иным причинам мне не нравится быть «жидом» или называться «жидом». Выражение «жид» заставляет меня мучиться. По моему мнению, в нем есть подтекст: быть гадким, эксплуататорским, несправедливым, коррумпированным, тем, кто очень любит деньги, тем, кто бесконечно спорит и кричат.

Антисемитская пропаганда почему-то проникла в мое самосознание, и я не могу от нее избавиться. Мне не нравится, когда меня называют «жид».

Быть «евреем» – это другое. Так, я горжусь тем, кто я и к какому народу я принадлежу. Я по-настоящему горжусь тем, что я еврей, и счастлив, что я родился евреем.

Мое творческое мышление не просто мне принадлежит. Оно в моих генах. Оно является результатом накопления многими поколениями. Никогда не спрашивать и думать. Я это унаследовал. Я стою высоко на плечах у своих предков.

Да, это раса. И я принадлежу к той расе, которая сохранила свою чистоту на протяжении тысячелетий.

Мы выживали более двух тысяч лет. Нас вывозили из страны и разбрасывали по всему миру. Мы подвергались преследованиям. Нас продавали, как рабов, сжигали и убивали, но мы до сих пор не отказались от своей принадлежности и религии. У кого еще такой послужной список за всю историю человечества?

Я могу найти следы моей семьи вплоть до 1942 года, когда нас выслали из Испании. Мои друзья даже нашли в Испании герб семьи Кальдерон.

У меня глубокие корни. Я могу говорить на ладино, языке, на котором мои предки разговаривали в Испании 500 лет назад.

Евреев всего 12 миллионов. Крошечная часть населения в мире. Это население какого-нибудь города среднего размера в Китае. Вот и все. Но взгляните, что мы привнесли в мир искусства, науки, литературы, философии и т.д.

Мы всегда стремимся прилагать максимум усилий. Мы никогда не принимаем ничего, как нечто само собой разумеющееся. Тиккун олам, как цель усовершенствовать мир, наш государственный флаг. Мы всегда ищем то, что необходимо улучшить. И мы работаем над этим, даже если это будет стоить нам жизни. Кто первым пошел на юг, чтобы начать движение за гражданские права? Три еврейских ребенка.

Мы даже отворачиваемся от самих себя, если чувствуем, что несправедливы. Кто является лидерами движения за бойкот израильских продуктов, которые производят в «оккупированных» районах Израиля? Опять евреи. Мы являемся лидерами, потому что стремимся совершенствовать то, во что мы вовлечены. Мы боремся, спорим и никогда не сдаемся. Мы привержены установлению истины, даже если это саморазрушительно. Посмотрите, сколько евреев ПРОТИВ Израиля.

Люди не любят нас за это. Так мы становимся отвергнутыми и преследуемыми евреями. Мы слишком любим соревноваться. Когда я читаю лекции, я знаю, кто еврей. Это человек, который бросает мне вызов. Кто первым отвечает на мой вопрос. Кто выражает свое несогласие со мной прежде, чем я успеваю представить все свои доводы.

Естественно, это возмущает других участников группы.

И мы выставляем напоказ наше богатство. И ведем себя так, как будто владеем миром. Посмотрите, как еврей заходит в ресторан. Вот это делает нас евреями.

Ах, если бы я мог быть евреем, а не ЖИДОМ.

Просто мои мысли,

Ицхак Калдерон Адизес


Управлять семьей, как бизнесом

Этот пост был опубликован 9 марта 2018 года.

В странах, в которых я работал (их пока 58), я заметил одну закономерность. Эта закономерность не зависит от культуры. В каждой семье один из супругов, муж или жена, контролирует расходы, а другой тратит деньги свободно.

Это становится источником множества конфликтов в браке. Если муж транжирит деньги, жена не чувствует себя в безопасности. Если жена тратит слишком много денег, муж чувствует себя ходячим кошельком, которого эксплуатируют и от которого ожидают, что он принесет столько денег, сколько она может потратить. Как сказал Далай Лама: «Кто богат? Кто может заработать на 100 долларов больше, чем может потратить его жена».

Этот денежный конфликт может привести к разводу или браку, отношения в котором остыли, с бесконечными спорами, взаимными обвинениями и обидами.

Что же делать?

Этот конфликт касается не только брака. Это регулярно происходит в корпорациях. Менеджер по маркетингу просит все больше и больше денег, обещая золотые горы, если компания будет инвестировать в маркетинг. В то же время финансовый директор, в руках которого кошелек компании, предупреждает об опасности, если расходы не контролируются.

Как тогда так выходит, что в компаниях нет «развода»?

Потому что есть генеральный директор, чья работа заключается в том, чтобы выслушать обе стороны и принять решение. СЕО в некотором смысле управляет негодованием сторон и обращает их разочарование на себя.

Это напоминает мне отношения родителей с детьми. Когда деть дерутся из-за чего-то, именно родитель решает, что делать, и останавливает ссору. Нет ничего необычного в том, что дети в какой-то момент говорят родителю «Я тебя ненавижу». Родитель поглощает гнев детей, который они чувствуют друг к другу.

Родитель, который боится, что детей расстроит его решение, не способен выполнять свою родительскую роль. То же самое справедливо по отношению к генеральному директору.

Но кто этот СЕО или родитель, который будет поглощать или перенаправлять чувство гнева супругов друг к другу во время принятия решения о том, как тратить деньги?

В традиционных семьях в развивающихся странах это дед. Его решение является окончательным, и нет способа это решение обжаловать. В современных семьях эта структура нескольких поколений исчезла. В современном браке супруги сами по себе или же должны идти к психотерапевту. Но психотерапевт ничего не решает и не обладает высшими полномочиями. Так, партнеры могут продолжать испытывать гнев по отношению друг к другу. В современной семье некому поглощать гнев.

Что необходимо, так это то, что есть в Сербии – кум. Кум – это тот, человек, которого выбирает пара, когда женится.

Кум – хранитель очага, который символизирует теплоту и воссоединение семьи.

Если провести аналогию с обычаями на Западе, то кум подобен шаферу или подружке невесты. Однако в Сербии это предполагает не только честь быть рядом с женихом и невестой, когда те дают обеты друг другу. Это связано с серьезной ответственностью. Это человек, которого пара выбирает, чтобы тот разрешал их разногласия. Если пара разводится, согласно сербской традиции считается, что кум потерпел неудачу в своей роли.

Я предполагаю, что необходимость в куме существует не только в Сербии. Каждая пара должна выбрать самого верного друга, который будет за них принимать решения, когда они не смогут прийти к согласию. Как СЕО или родитель. Кум – это не родитель или посредник. Он или она не старается убедить супругов в том, что им делать; в этом случае он или она не поглотит гнев. Чтобы впитать гнев, перенаправить его от пары, он должен быть судьей. Выслушать супругов и принять решение. После чего это решение не должно подлежать обжалованию. Как в случае с СЕО или родителем.

Я очень хорошо понимаю, что с тем, что я здесь предлагаю, не согласятся. Пара не будет жертвовать своей свободой, чтобы кто-то за нее принимал решение. Это неприемлемо в западном обществе – на самом деле в современном обществе. В современном обществе свобода является движущей силой, даже если она ведет к разводу.

Хорошо, тогда придется сделать выбор.

Просто мои мысли,

Ицхак Калдерон Адизес

 

Читайте «Союз непохожих» доктора Адизеса.